Продолжение первой книги «Фрир - на задворках миров», изданной издательством «Астрель».
Теперь Фрир оказывается на грани бездны и зло приходит с совсем неожиданной стороны. Несчастья сваливаются на голову юного шишига Брюкварда...
|
|
|
 |
Глава 1.
Утро на Безлунной улице
 — Брюквард Миткинс! Щасжее встрынь, жобомоба! – пронзительный и визгливый голос разнесся по комнате, так, что зазвенели оконные стекла.
Посреди небольшой, но уютно обставленной комнаты на ковре, подбоченясь, стояла бельевая тютя. На первый взгляд тщедушное, будто связанное из ситцевых платочков существо с глазками-бусинками, обладало громким, будто протыкающим насквозь стены голосом, и своеобразным лексиконом, называемым бельешкафрумским наречием.
— Отстань, я сплю, - простонал Брюквард и засунул голову под подушку.
— Шнырлил сю нюкту по Бигринским кабакер! – снова завопила тютя, подпрыгивая от ярости на ковре. – Встрынь незамедопля!
— Не твое дело, где я шнырлил. Ты вообще не из Фрира. Не нравится мое поведение – добро пожаловать к себе в Шкафрум. – грубовато ответил Брю, высунув голову из-под подушки, и тут же засунув ее обратно.
Тютя решила, что пора от слов переходить к решительным действиям, и, ловко запрыгнув на кровать, начала с деловитым пыхтением откусывать Брюкварду мизинец на ноге.
Брюквард взвыл от боли, скатился в одно мгновение с кровати и тут же вскочил на ноги.
— Вот ведь нечисть шкафрумская, - проворчал шишиг, и поплелся в ванную.
Порывшись в аптечном ящичке, он смазал зеленкой покусанную тютей ногу, а затем попытался расчесать пятерней всклокоченные темно-зеленые волосы, критически разглядывая свое отражение в зеркале.
Из зеркала на него смотрел почти земной паренек, если не считать зеленовато-оливкового оттенка кожи, острых ушей, темно-зеленых растрепанных волос и ярко-желтых глаз. Черты лица были неправильными – слишком большой рот, нос картошкой, и маленькие глазки делали его немного похожим на лягушонка. И неудивительно – шишиги издревле жили на болотах, считались болотной нечистью и приходились дальними родственниками болотным кикиморам.
Брюквард своей семьи не помнил, и своего детства, проведенного на Земле, тоже не помнил, поскольку шишиги начинают осознавать себя после семи лет жизни. Он считал своей семьей только дядю, антивампира, и вот уже десять лет, как он жил у него в Фрире в большом красивом доме на Безлунной улице.
Это был роскошный особняк из белого камня, с башенками по углам, покрытый красной черепицей. Комната Брю была на верхнем этаже и выходила на Безлунную улицу – извилистую, засаженную серебристыми ивами.
Жить у дяди было непросто, поскольку его дядя был не кто-нибудь, а антивампир Фрира, и как говорили злые языки, со своими обязанностями не справлялся. Зато он проводил постоянные опыты по трансформации куриц, потому часто соседи по улице жаловались на странные взрывы из курятника, пристроенного с дворовой части антивампирского дома, и на зеленый дым, иногда валивший из трубы. Антивампир поднимался ни свет ни заря с первыми лучами солнца, Брюквард же, наоборот, спал днем на ходу и начинал просыпаться только к полуночи, когда уже весь дом погружался в сон.
Тем не менее вставать утром все же приходилось, и почти до самого вечера шишиг отчаянно зевал. Прекратив бесполезные попытки причесаться и наскоро умывшись, Брюквард надел джинсы и серый свитер, и, хромая, спустился вниз, в глухо зашторенную, роскошно обставленную столовую.
За круглым, покрытым белоснежной скатертью и уставленным кофейничками и чашечками столом пил кофе антивампир Степанидиус, которого многие в Фрире называли просто Ав. Это был маленький, кругленький человечек, одетый в сиреневый бархатный халат, с острыми ушками, хитрыми глазками за толстыми стеклами очков и блестящей лысиной в окружении клочковатых волос.
[
читать дальше ]
|
|
|
